• Профиль
  • Живая лента
  • Моя подборка
  • Мои покупки
  • Мои результаты
  • История заказов
  • Мои публикации
  • Мои черновики
  • Опубликовать статью
  • Выйти
+7(495) 656-75-05

У нас в гостях: Наталья Николаевна Фомина

У нас в гостях: Наталья Николаевна Фомина

Доктор педагогических наук, профессор, член-корреспондент Российской академии образования, заведующий лабораторией музыки и изобразительного искусства Института художественного образования и культурологии Российской академии образования, Москва

 

«Приникая к детской душе...»

 

Уважаемая Наталья Николаевна! Спасибо, что согласились дать интервью нашему журналу. Вы много лет занимаетесь детским рисунком. Расскажите, пожалуйста, о коллекции института.

Обычно я характеризую коллекцию следующими словами: в Москве, в Институте художественного образования и культурологии Российской академии образования хранится и изучается уникальная коллекция детского рисунка, хронологические рамки которой определяются 1896—2016 гг., а географические — крупнейшими странами Европы, Азии, Америки, Африки, есть рисунки и из Австралии. Коллекция отражает разные системы и методы приобщения детей к искусству с младенческого возраста до 16—18 лет в России, бывших республиках Советского Союза, в Японии, Китае, Иране, Великобритании, Франции, Германии, США и т.д. Представлено светское и религиозное воспитание, эстетическое воспитание в семье, авторские системы и методы приобщения к искусству на уроках и дополнительных занятиях. Ознакомление с зарубежным и отечественным опытом в области эстетического и художественного воспитания, музеями и галереями детского рисунка дает основание утверждать, что аналогичных собраний, насчитывающих сотни тысяч рисунков, представляющих историю детства в масштабе мирового культурного пространства, не существует.

Как складывалась коллекция?

История создания коллекции началась в 1921 г., когда в Государственной академии художественных наук (ГАХН) искусствовед, психолог и педагог А.В. Бакушинский создал и возглавил комиссию по изучению примитивного искусства в проявлениях родового и индивидуального творчества, преобразованную в 1927 г. в кабинет по изучению примитивного искусства и детского творчества при физико-психологическом отделении. Одна из задач комиссии была — коллекционирование детского рисунка с целью выявления и изучения периодов психофизического развития ребенка, которые он выделял на основании преобладающих признаков в восприятии и освоении им окружающего мира. И другая искусствоведческая идея: он считал, что исследование художественного творчества ребенка помогает понять «художественную форму в ее собственной эволюции».

Период работы ГАХН стал единственным в истории отечественной науки, когда исследование творчества детей было приравнено к изучению истории искусства. Объяснение этому мы находим в словах А.В. Бакушинского, отражающего проблемы искусства первых десятилетий ХХ в.: «... Наше искусство, как и всю нашу культуру, терзает великая раздвоенность. Примирения ее еще не видно. В связи с этой внутренней борьбой и ее противоречиями современный художник склонен, приникая к детской душе, искать в ней, в ее целостном облике смутных возможностей собственного творческого обновления».

Коллекция в ГАХН формировалась самыми разными путями. Об этом свидетельствуют пометы на рисунках и специальные записи на папках. Многие рисунки поступали благодаря личным контактам с художниками и искусствоведами.

Одним из источников поступления были специальные научные экспедиции по сбору материалов по примитивному искусству в целом, куда наряду с детским творчеством включалось народное искусство, искусство примитивных народов и примитив как самостоятельное явление культуры.

Комиссия А.В. Бакушинского поддерживала контакты и с зарубежными странами. Выставочная деятельность — одно из важных направлений пополнения коллекции. В 1927 г. Н.П. Сакулина в статье, посвященной работе комиссии (кабинета), называла выставки 1926 г.: «“Детское творчество”, ... на которой комиссия показала эволюцию детского изобразительного творчества с дошкольного до юношеского возраста. Отдельная комната отражала художественно-производственное и орнаментально-декоративное творчество детей. ... Весной 1927 года комиссия участвовала в выставке детского творчества, устроенной Обществом культурных связей с заграницей в Японии. Осенью 1927 года были организованы выставки “Отражение революционных тем в детском творчестве” и методическая по вопросам преподавания изобразительного искусства».

Детские работы поступали и из шести опытных станций Наркомпроса РСФСР, в которых работа по художественному воспитанию проходила под руководством А.В. Бакушинского. Это — 1-я Опытная станция по народному образованию, организованная С.Т. Шацким в 1919 г. в составе двух отделений: сельского — в Калужской губернии, и городского — в Москве, и 7-я Опытная станция художественного воспитания Наркомпроса РСФСР. В нее входили школа-семилетка в селе Успенском Звенигородского уезда Московской губернии, школа 2-й ступени им. К. Маркса в Москве и педагогический театр. Экспериментальная работа, проводившаяся на 7-й Опытной станции, охватывала все виды искусства. В то время здесь работали Г. Рошаль, С. Бонди, В. Пестель, В. Шехтель, Н. Купреянов и многие другие деятели театра, кино, литературы, изобразительного искусства. В селе Успенском был создан Музей детского художественного творчества.

В 1931 г. в Центральном доме художественного воспитания детей (образован в 1929 г.) начался новый этап формирования коллекции. При создании в нем сектора изобразительного искусства, который возглавила художник и педагог Г.В. Лабунская — ученица А.В. Бакушинского, в ­ЦДХВД была передана коллекция детского рисунка, собранная кабинетом по изучению примитивного искусства и детского творчества. Об этом Г.В. Лабунская указала в «Памятке», определявшей «содержание работы Изо-сектора на 1931—32 годы». Одной из главных задач сектора на следующие годы стало пополнение коллекции в результате проведения выставок детского рисунка, сотрудничества со школами, зарубежными организациями, психологами и художниками с целью создания «необходимой базы для научно-исследовательской работы (кабинета музея)».

Г.В. Лабунская и ее коллеги стремились восстановить историю художественного образования, воплощенную в ученических и творческих произведениях учащихся. Благодаря широкому кругу контактов ей удалось значительно пополнить коллекцию реликтами, добытыми, как я предполагаю, из уничтожавшихся архивов. Вероятно, так поступили рисунки из церковно-приходских школ и церковно-учительских семинарий.

Вслед за А.В. Бакушинским Г.В. Лабунская собирала рисунки художественно одаренных детей, отражающие развитие на протяжении нескольких лет.

Обширные географические масштабы коллекции определились в первой половине 1930-х гг. благодаря подготовке в 1934 г. международной выставки детского рисунка, инициатором которой был В.Д. Зельдович — первый директор ЦДХВД, до этого работавший секретарем А.В. Луначарского. Выставка состоялась в Москве, в Государственном музее изобразительных искусств, в апреле — августе 1934 г.

В выставке приняли участие 15 стран — Австрия, Англия, Германия, Голландия, Дания, Испания, Норвегия, Польша, САСШ, Турция, Финляндия, Франция, Чехословакия, Швеция, Япония, все республики Советского Союза. В результате фонд детского рисунка ЦДХВД значительно обогатился и, по признанию Г.В. Лабунской, к концу 1934 г. составлял 200 000 рисунков. Пополнение зарубежной части коллекции некоторое время продолжалось и после ее завершения. В 1938 г. поступил дар испанских детей, отразивших в рисунках и сочинениях гражданскую войну в Испании. В апреле 1940 г. в ТЮЗе (где работал и ЦДХВД) проходила выставка рисунков китайских детей, существенно обогатившая коллекцию.

Накануне войны отечественная часть коллекции значительно выросла благодаря проведению конкурсов, работе с общеобразовательными и художественными школами, изостудиями.

Послевоенный этап художественного образования отражен в работах по программе «Рисование» для школ СССР, в собраниях отдельных выдающихся студийных художников-педагогов (например С.Д. Левина из Ленинграда и В.С. Щербакова). Нам переданы рисунки из студии «Материнская школа», журналов «Искусство в школе», «Юный художник».

В 1970-е гг. сформировался фонд, носящий имя Б.П. Юсова. Он отражает уникальную методику изучения художественно-творческого развития учащихся с 1-го по 8-й класс по экспериментальной программе «Изобразительное искусство», разработанной под его руководством в 1972 г. и апробированной в 1972—1980-х гг. в школах СССР. Более 40 000 рисунков доказывают способность школьников к созданию художественных образов на уроках изобразительного искусства в общеобразовательной школе.

В коллекции присутствуют также систематизированные подборки работ, выполненные на уроках в общеобразовательной школе по программе Б.М. Неменского «Изобразительное искусство и художественный труд» в 1970—1980-е гг. Рисунки предоставлены педагогами-экспериментаторами Е.И. Коротеевой и Ю.П. Тужилкиным из Москвы, К.К. Дитмар из Вильнюса, В.Б. Пионтик из Ташкента, Г.М. Роговой из Санкт-­Петербурга и др.

На протяжении 1994—2016 гг. коллекция пополняется в результате возобновления организации конкурсов и выставок художественного творчества детей. Институт инициировал более 20 образовательно-выставочных проектов, большинство из которых носило ретро-современный характер всероссийского, а нередко и международного масштаба. Проведение таких выставок позволяет сопоставлять особенности художественно-творческого развития детей разных поколений с точки зрения актуальных проблем воспитания, образования и развития современных школьников. Следуя традиции, заложенной А.В. Бакушинским и Г.В. Лабунской, мы стремимся организовывать выставки на самых престижных площадках, включая детское творчество в культурный контекст и обязательно сопровождая их проведение научными и образовательными акциями и изданием научных каталогов. Выставки проходили в Государственной Третьяковской галерее, Государственном музее изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, Российском государственном гуманитарном университете, Российской государственной детской библиотеке, Этнографическом музее в Мюнхене, Ратуше в Дрездене и т.д.

Последние 20 лет коллекция регулярно пополняется благодаря образовательно-выставочному проекту старшего научного сотрудника нашего института Т.А. Копцевой, который называется «Передвижная выставка детского рисунка». Думаю, что он заслуживает отдельного разговора с автором.

Много ли в ней рисунков дошкольников?

Можно ответить однозначно: много. Но интересно то, что в разные периоды формирования коллекции место творчества дошкольников менялось.

В 1920-е гг. при изучении основных фаз художественно-творческого развития детей дошкольный возраст представлял особый интерес для А.В. Бакушинского и его коллег. Поэтому спонтанный детский рисунок, т.е. выполненный без специальных указаний воспитателя, активно собирался. Рисунки складывались в подборки, отражающие развитие одного ребенка на протяжении нескольких лет. По мере взросления ученые предлагали детям тестовые задания (нарисуй хоровод, пруд, кубик), которые позволяли выявить развитие пространственных представлений, понимание пропорций и т.д. Рисунки дошкольников в 1920-е гг. активно не только изучались, но и экспонировались в связи с интересом художников к спонтанному творчеству, в котором они стремились угадать ростки искусства будущего.

Проблема одаренности изучалась в 1920-х — начале ­1930-х гг. также на примере творчества детей раннего возраста. В нашей коллекции представлены рисунки маленьких детей, поступавшие, как правило, из семей художников, музыкантов, писателей, отражающие ранние признаки одаренности. Достаточно вспомнить рисунки Никиты и Ивана Фаворских, Агды и Гедды Шор, Мая Митурича, детей художников-реставраторов Чураковых и многих других.

Множество рисунков маленьких детей из разных стран было представлено на выставке 1934 г. Гораздо меньше показано рисунков начиная со второй половины 1930-х гг.: на конкурсы присылались работы, главным образом, подростков.

Рисунки дошкольников есть в собрании студии «Материнская школа» (с начала 1960-х гг.), из ряда частных собраний, а также из Правления Союза художников СССР (1960—1980-е гг.). Систематически работы детей поступают на конкурсы детского рисунка, которые Институт организует с 1994 г., поэтому последние десятилетия представлены творчеством дошкольников из России и ряда стран Европы, Азии, Африки весьма достойно.

Зачем нужен музей детского рисунка?

Ответ на этот вопрос может быть чрезвычайно обстоятельным. Ведь вы употребили термин «музей», предполагающий учреждение, выполняющее конкретные функции: собирания, хранения, изучения, реставрации, экспонирования и пропаганды конкретных памятников культуры, которые нуждаются и в соответствующей охране.

Убеждена, что наша коллекция достойна этого наименования и данного статуса. Добиться его чрезвычайно трудно, начиная с того, что в штате Института должны быть должности специалистов в области собирания, хранения, изучения, реставрации, экспонирования и пропаганды детского рисунка, а также гарантии сохранности (охрана, сейфы и т.д.). Мы лишь пытаемся моделировать деятельность музея в области собирания, хранения, изучения и пропаганды детского рисунка как памятника культуры, представляющего творческие возможности человека в детстве в исторической ретроспективе в культурном контексте разных стран.

Конкретизируя ответ на вопрос: зачем нужен музей в области художественного образования и эстетического воспитания, педагогики искусства, выделю следующие положения:

  • для изучения истории детства ХХ — начала ХХI вв., а также широкого круга проблем художественно-творческого развития детей;
  • понимания художественной культуры этого времени, активным действующим лицом которой выступает ребенок.

Убеждена в том, что коллекция должна стать основой художественно-педагогического образования, поскольку она представляет результаты развития ребенка по разным системам и методам в разных странах.

Какие экспонаты коллекции Вы считаете наиболее интересными?

Для меня наиболее интересны рисунки, при изучении которых возникают проблемы, требующие дальнейшего исследования. Остановлюсь на особо интересных читателям журнала. Обращусь к рисунку Никиты Фаворского «Солдаты». Мальчику 4,5 года. Держу в руках буквально обрывок бумаги странной вытянутой формы. В эту сложную форму ребенок врисовывает карандашом композицию по горизонтали, используя и подчеркивая овальной линией выразительность рваных краев.

Изображено движение солдат в разных позах, обращенных к нам в профиль или анфас. Все одеты по-разному. Множество деталей свидетельствует о наблюдательности ребенка, об опыте восприятия, насмотренности, о способности композиционно мыслить. Конечно, перед нами самостоятельная работа, выполненная спонтанно. Как следует из моего описания, работа одаренного ребенка — композиционно мыслящего, чувствующего ритм, способного художественно выразить свои знания о солдатской форме, характер индивидуального движения и облика каждого персонажа. Рисунок спонтанный, но обратите внимание на то, что отец, мать или бабушка (все — художники) «подкинули» Никите обрывок бумаги, может быть для того, чтобы посмотреть, как он справится с композицией. А мы, как правило, стремимся дать аккуратные листочки из хорошего альбома, уводя ребенка от решения композиционной задачи.

Возникает вопрос: кем стал автор? Подборка рисунков, сохранившаяся у нас, раскрывает путь его развития до профессионального самоопределения в книжной графике. Первые работы уже свидетельствуют о признаках одаренности автора. К сожалению, Никита погиб на фронте.

Следующий рисунок «Хоровод» из нашего собрания, также выполненный карандашом, иллюстрирует книгу А.В. Бакушинского «Художественное творчество и воспитание». Перед нами абсолютно примитивное изображение, характеризующее зрительно-двигательную установку восприятия. Более всего удивляет возраст — 8 лет. В наше время так рисуют дошкольники в 4 года. Возникает проблема: чем объясняется такое позднее пространственное развитие ребенка в 1920-е гг.? Может быть тем, что современные дети развиваются в другой визуальной культуре, это и находит отражение в их раннем творчестве. Оба рисунка выполнены в 1920-е гг.

Есть ли разница в содержании и передаче сюжетов, технике рисования современных детей и их сверстников начала ХХ в.?

Конечно, есть и разница и сходства. Объясню свое понимание вопроса на примере дошкольников. Сопоставляя рисунки детей Фаворских, Шор, Славы Манухина, Ноли Митлянского, Мая Митурича и многих других, любящих рисовать дошкольников 1920—1930-х гг., с рисунками наших маленьких современников, могу сказать следующее: многие рисующие малыши и тогда и теперь предпочитают работать сериями, изображая одних героев на протяжении длительного времени. Любимые животные, герои книг, аэропланы, дирижабли, машины, куклы, близкие люди в разных жизненных ситуациях волнуют воображение ребенка очень подолгу. Дети — бесстрашные художники. Для них просто то, что для взрослых сложно. Им очень трудно нарисовать яблоко, но движение машины они изобразят, сопроводив соответствующими звуками, не задумываясь. До войны дети рано начинали читать произведения классиков, смотрели спектакли, адресованные взрослым. Поэтому в работах Димы Голейзовского или Сони Купреяновой встречаются персонажи Шекспира и Гольдони, Пушкина (не сказки) и Лермонтова. Для рисования детям предоставлялись самые простые художественные материалы и основы. Дети музыкантов часто рисовали на нотной бумаге, дети фотографов — на фотобумаге и т.д. Большинство рисовали на тетрадной бумаге (в линеечку и клеточку). Но очень важно: дети выбирали разный формат в соответствии с замыслом.

Организуя конкурсы, мы, к сожалению, имеем дело с рисунками дошкольников, выполненными под руководством учителя или воспитателя. Им предлагаются краски, главным образом, гуашь; бумага одного формата и одного размера и, конечно, темы. Поэтому делать вывод о самостоятельных предпочтениях детей очень трудно. Но есть вещи очевидные: маленькие современные дети предпочитают яркие краски, сохраняют смелость выражения чувств, раскрепощены, любят выражать представления о добре и зле через любимых мультгероев.

Наталья Николаевна! Вы ведь занимаетесь музейной педагогикой. Скажите, есть ли в нашей стране опыт взаимодействия художественных музеев с детскими садами напрямую, а не только в виде групп выходного дня для мам и детей?

Очень серьезный и актуальный вопрос. Ведь маленькие дети открыты для общения и восприятия и классического и современного искусства. Но мне кажется, что опыт систематической работы музея с детскими садами очень ограничен. В соответствии с законами нужны сложные меры по охране и доставке детей в музеи. Мне известны лишь отдельные примеры. По этому поводу М.В. Мацкевич защитила кандидатскую диссертацию на опыте Третьяковской галереи. Очень рекомендую этого искусствоведа для специального разговора на эту тему.

Вы изучали историю становления художественного образования в России первой половины ХХ в. Можно ли сегодня использовать «старинные» методики и разработки. Они безвозвратно устарели или их можно адаптировать с учетом современных реалий?

Убеждена, что некоторые методики первой половины ХХ в. полезно использовать в практике современных школ и детских садов. Старший научный сотрудник нашего Института Ю.В. Голобоков при изучении художественного образования английских детей 1920—1930-х гг. выявил интереснейшие методики развития детей в области декоративного творчества, дизайна, освоения акварели, восприятия искусства. Это касается и отечественной школы. И самое важное — возродить установку на развитие композиционного мышления, ведь это нужно не только для художественного образования, но в целом — для формирования мировосприятия и мировоззрения ребенка.

Много споров возникает вокруг обучения рисованию. Как правильно учить? Нужен ли образец? Надо ли показывать способы рисования?

Хотелось бы ответить «нет» на эту группу вопросов, но это было бы опрометчиво. Ведь дети разные и учителя тоже. Что понимать под понятием «образец». Думаю, нужно показывать не один «образец», а несколько, чтобы у ребенка был выбор, точнее право на эстетическое предпочтение. Определенные способы (приемы) наложения краски, проведения линии нужно показывать. Конечно, каждый вопрос требует глубокого размышления и подробного ответа.

Детский рисунок, с точки зрения взрослых, несовершенен. Всегда есть технические погрешности. Этично ли педагогу помогать ребенку, или, проще говоря, дорисовывать за него для повышения качества работы? (Я не имею в виду совместные работы, цель которых в сотрудничестве взрослого и ребенка и получении единого результата.)

В принципе, я против вмешательства в детский рисунок: ведь учитель «говорит» на другом изобразительном языке. При создании коллективных композиций возникают другие проблемы взаимодействия режиссера (учителя) с маленькими исполнителями.

Как опознать будущего художника? По каким признакам отличить рисунок одаренного ребенка от обычной учебной работы?

Выше я, по-моему, в какой-то степени ответила на этот вопрос. Думаю, что в детском саду не должно быть учебных работ, каждая должна быть творческой.

Дайте несколько советов, как педагогам детских садов правильно собирать и оформлять детские работы, если они хотят создать мини-музей детского рисунка в детском саду.

Первое: дайте себе ответ на вопрос — зачем создается коллекция. Например, для сохранения авторской методики приобщения детей к искусству. Может быть, для сохранения рисунков детей, любящих рисовать дома. А возможно, для сохранения рисунков — победителей конкурсов. В коллекции могут быть представлены и выставки, организуемые в детском саду. В любом случае, вас ожидает следующая проблема.

Второе: нужно понимать серьезность этой работы. Ведь чтобы она представляла интерес для исследователей и ваших коллег, о каждой работе нужно сохранить следующий банк данных:

Параметры описания детского рисунка:

  1. фамилия, имя автора;
  2. возраст автора;
  3. название;
  4. год создания;
  5. техника исполнения;
  6. размеры;
  7. страна;
  8. местожительство (город, село, железнодорожная станция и т.д.);
  9. учебное заведение;
  10. педагог (или указать, что работа выполнена самостоятельно);
  11. выставки;
  12. публикации;
  13. история поступления (когда и с какой целью попала в коллекцию, кто предоставил);
  14. исследователь рисунка (когда, кем и с какой целью исследовалась данная единица хранения);
  15. единице хранения обязательно должен быть присвоен инвентарный номер.

Третье: создание условий хранения. Оно должно быть организовано в соответствии с техникой исполнения произведения. Так как большинство произведений детского творчества выполнено графическими материалами, их следует хранить таким образом, каким в музеях хранят произведения графики — на специальных стеллажах. Многие рисунки выполняются гуашью. Если соответствующих условий нет, гуашь осыплется.

Экспонирование детских работ также должно быть организовано в соответствии с видом художественного творчества по нормам музейного экспонирования, что предполагает оформление в рамы, этикетаж, афишу, экспликацию. Желательно издание каталога.

Только в таком случае возможно сформировать в обществе уважение к творчеству ребенка, у которого проявятся такие важные для современного человека качества личности, как креативность, вера в свои силы, любовь к своим наставникам, гармония с миром.

Наталья Николаевна, пожелайте что-то нашим читателям — руководителям детских садов.

Дорогие руководители детских садов, желаю вам приходить на работу как на праздник!

Ваш облик, походка, улыбка, взгляд, обращенный на ребенка, определяют атмосферу в детском саду, настроение каждого малыша, его представление о красоте и добре. Сделайте так, чтобы творческие работы детей всегда украшали интерьеры вашего детского сада. Они всегда интереснее, чем сделанные художниками стандартные декорации садов нашего города. Поменьше стандартов и побольше творчества.

Успехов вам и вашим воспитанникам!

Беседовала Е.В. Боякова

 

Спасибо!

Регистрация прошла успешно. Теперь вам доступны возможности личного кабинета

закрыть
Восстановление пароля
закрыть
Вы подтверждаете правильность введенных данных?
Вернуться к заполнению